29 июня министр иностранных дел Украины Андрей Сибига прибыл с визитом в Южную Корею. На следующий день у него запланированы переговоры с южнокорейским коллегой Чо Хёном. Также в программе — круглый стол с бизнесменами и встреча с представителями академических кругов. После Сеула Сибига отправится в Токио. Как визит Сибиги связан с военнопленными из КНДР Как ожидается, два министра в числе прочего обсуят судьбу двух северокорейских военнопленных, находящихся на Украине. Речь, насколько известно из сообщений СМИ, идет о стрелке 2005 года рождения и снайпере-разведчике 1999 года рождения, попавших в плен Вооруженных сил Украины (ВСУ) во время боев в Курской области в январе 2025 года. Вскоре после этого президент Украины Владимир Зеленский заявил о готовности передать их Пхеньяну в обмен на украинских военнопленных. В апреле 2025 года глава российского Генштаба Валерий Герасимов, сообщив об освобождении курского приграничья, заявил, что северокорейские военные принимали участие в операции и «оказали значительную помощь в разгроме вклинившейся [в регион] группировки ВСУ». Тогда Центральный военный комитет Трудовой Партии КНДР отметил, что военная помощь показала «высочайший уровень боевой дружбы между Кореей и Россией и союзнических, братских отношений» между странами.  Правовой основой для этого стал Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве между Россией и Северной Кореей, подписанный 19 июня 2024 года во время визита российского президента Владимира Путина в Пхеньян. Статья 4 этого соглашения предусматривает, что «если одна из сторон окажется в состоянии войны из-за вооруженного нападения одного или нескольких государств, другая сторона немедленно окажет ей военную помощь всеми имеющимися у нее средствами в соответствии со ст. 51 Устава ООН и законами КНДР и Российской Федерации». В апреле 2025-го пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков назвал участие северокорейцев доказательством эффективности договора и отметил, что в случае необходимости Москва готова оказать аналогичную помощь Пхеньяну. В июле того же года глава МИД России Сергей Лавров во время поездки в Вонсан поблагодарил Ким Чен Ына за помощь. Северокорейские власти до сих пор публично не комментировали ситуацию с военнопленными. В мае руководитель секретариата украинского Координационного штаба по вопросам обращения с военнопленными Богдан Охрименко заявил, что Москва неоднократно предлагала Киеву включить северокорейских военных в обменные списки.  23 июня, за неделю до визита Сибиги в Сеул, МИД Южной Кореи сообщил, что страна готова принять обоих пленных, если они изъявят такое желание.  Днем ранее неназванный высокопоставленный сотрудник южнокорейского МИД сказал журналистам, что Сеул и Киев достигли «базовых договоренностей» и рассчитывают добиться прогресса в ходе визита Сибиги. Однако он не стал подтверждать, что на встрече будет объявлено о передаче северокорейских военнопленных Южной Корее. Что еще обсудят главы МИД Украины и Южной Кореи Представитель МИД Украины Георгий Тихий сообщил, Сибига планирует также обсудить развитие сотрудничества между Киевом и Сеулом в сфере безопасности. «Боевой и технологический опыт делают Украину привлекательным партнером в сфере безопасности для Кореи», — цитирует его внешнеполитическое ведомство. За последние несколько лет Южная Корея вошла в десятку ведущих мировых производителей оружия и в число наиболее быстрорастущих поставщиков. В 2025 году она стала вторым по величине поставщиком вооружений в европейские государства — члены НАТО, уступив только Соединенным Штатам. По оценке Korea JoongAng Daily, республика способна ежегодно выпускать до 200 тыс. снарядов калибра 155 мм — в два с лишним раза больше, чем США (около 90 тыс. в год). Хотя законодательство Южной Кореи запрещает передачу летального оружия странам, находящимся в состоянии войны, страна оказывает косвенную военную помощь Украине. В 2023 году администрация Джо Байдена договорилась с Сеулом о передаче США около 500 тыс. снарядов 155 мм, причем официальным конечным получателем вооружений выступал Вашингтон. Утверждалось, что это позволило американской стороне восполнить собственные запасы и направить эквивалентный объем боеприпасов на Украину. Однако, как писала The Washington Post, на самом деле снаряды отправлялись прямо на Украину, и к концу 2023 года Сеул стал ведущим поставщиком боеприпасов для нее, обойдя по этому показателю все европейские страны, вместе взятые. Официально эту информацию власти Южной Кореи, США и Украины не подтверждали. Администрация прежнего президента Южной Кореи Юн Сок Ёля неоднократно допускала, что позиция страны насчет поставок летальных вооружений будет пересмотрена, о подобного решения так и не приняла. Нынешний президент Ли Чжэ Мён и его администрация о таких планах не говорят. Однако еще в феврале 2026 года агентство «Рёнхап» сообщило, что южнокорейские власти рассматривают возможность участвовать в программе закупок американского оружия для Украины — PURL (Prioritised Ukraine Requirements List, «Список приоритетных потребностей Украины»). Во внешнеполитическом ведомстве подчеркнули: Сеул будет финансировать закупку исключительно нелетальных вооружений. Окончательное решение пока не принято. Официальный представитель МИД России Мария Захарова предостерегла, что в случае присоединения Южной Кореи к программе Москва будет вынуждена предпринять «ответные, в том числе асимметричные, меры». «Это, несомненно, нанесет непоправимый ущерб отношениям России и Республики Корея, разрушит перспективы для восстановления конструктивного диалога по проблематике Корейского полуострова», — пригрозила она. Другим направлением переговоров могут стать консультации о реформе южнокорейской армии, объявленной 26 июня 2026 года. Министр обороны Ан Гю Бэк сообщил, что в стране планируется подготовить 500 тыс. операторов дронов, при том, что нынешняя численность военнослужащих в стране составляет приблизительно 450 тыс. «Широкое внедрение недорогих беспилотных летательных аппаратов коренным образом меняет облик современной войны», — пояснил он. Министр пояснил, что беспилотники должны стать универсальным боевым средством» и «вторым личным оружием" солдата. Для этого к концу 2026 года намечено закупить 11 тыс. коммерческих учебных дронов, а к 2029-му — довести парк до 60 тыс. Кроме того, к 2030-му планируется приобрести более 20 тыс. недорогих дронов-камикадзе. Южнокорейские власти также намерены разработать собственный дрон-камикадзе дальнего действия K-LUCAS (Korean Low-cost Uncrewed Combat Attack System) по образцу американского LUCAS, который был скопирован с иранского Shahed-136. План реформы, разработанный с учетом опыта украинского конфликта, включает расширение систем противодействия беспилотникам, таких как лазеры и микроволновое оружие.