Какой сигнал послало испытание Китаем межконтинентальной ракеты

Что известно о запуске китайской ракеты и реакции на него 6 июля в 12:01 дня по местному времени (в 7:01 утра по Москве) Военно-морские силы Народно-освободительной армии Китая (ВМС НОАК) провели в Тихом океане успешный запуск баллистической ракеты подводного базирования с учебной имитационной боевой частью. Об этом в тот же день сообщило китайское военное ведомство, отметив, что «ракета попала точно в заданный район», а само испытание прошло в рамках «ежегодной программы военных учений», не было направлено против какой-либо страны и «соответствует международному праву». Представитель МИД КНР Мао Нин, отвечая в тот день на вопросы журналистов, сообщила, что Китай заранее уведомил о запуске «соответствующие страны», и выразила надежду, что они «воздержатся от излишней интерпретации данного события». Тем не менее критическая реакция на этот пуск последовала. Глава МИД Австралии Пенни Вонг в интервью телеканалу ABC заявила, что Канберра воспринимает это испытание как «дестабилизирующий фактор в регионе». Она обратила внимание, что ракетный пуск произошел в день, когда Австралия и Фиджи подписали два исторических документа — общий договор о создании «Союза Вувале» (Vuvale в переводе с фиджийского языка значит «Семья») и соглашение о создании двустороннего оборонного альянса «Океан мира»; и подчеркнула, что запуск противоречит цели сделать Тихий океан океаном мира. С критикой выступило и руководство Новой Зеландии — премьер-министр Кристофер Лаксон заявил, что этот запуск «неприемлем, нежелателен и вызывает обеспокоенность». «Мы живем в регионе, который гордится тем, что является безъядерным. <…> Мы не хотим видеть усиление милитаризации у нас», — заявил премьер, отметив, что действия Китая хотя и были законными, но противоречили тихоокеанским ценностям, и страны региона будут решительно этому противостоять (цитата по RNZ). Глава новозеландского МИД Уинстон Питерс подтвердил, что Пекин уведомил Веллингтон за несколько часов до запуска, но подчеркнул: Новая Зеландия и другие островные государства Тихоокеанского региона против того, чтобы Китай использовал южную часть Тихого океана «в качестве полигона для испытаний ракет». «Эта ракета была выпущена в Южно-Тихоокеанскую безъядерную зону, установленную договором Раротонга. Действия Китая противоречат цели и намерениям этого договора», — заявил министр (цитата по RNZ). Всего в мире пять зон, свободных от ядерного оружия (ЗСЯО); ЗСЯО в южной части Тихого океана — одна из них. Ее статус закреплен в договоре Раротонга (назван по самому большому из островов Кука в Тихом океане), открыт к подписанию в 1985 году и вступил в силу в 1986-м. В нем 13 участников: Австралия, Вануату, Кирибати, Науру, Новая Зеландия, Ниуэ, Острова Кука, Папуа — Новая Гвинея, Самоа, Соломоновы Острова, Тонга, Тувалу и Фиджи. 1 марта 2025 года договор подписали Маршалловы Острова. Остальные четыре зоны расположены в Латинской Америке и Карибском бассейне (договор Тлателолько 1967 года), в Юго-Восточной Азии (Бангкокский договор 1995 года), в Африке (договор Пелиндаба 1996 года), в Центральной Азии (Семипалатинский договор 2006 года). Также безъядерный статус официально носят Антарктида (Договор о демилитаризации региона 1959 года) и Монголия, которая провозгласила его в 1992 году. Генеральный секретарь японского кабинета Минору Кихара сообщил, что китайское руководство уведомило посольство Японии в Пекине за несколько часов до запуска и что Токио выразил обеспокоенность еще до проведения испытания. «Военная деятельность Китая, включая отсутствие прозрачности, стала предметом серьезной озабоченности как для Японии, так и для международного сообщества», — сказал Кихара журналистам (цитата по Nippon.com). В унисон со своими союзниками выступили США. «В то время как Соединенные Штаты прилагают все больше усилий для предотвращения распространения ядерного оружия, Китай делает прямо противоположное. Быстрое и непрозрачное наращивание ядерного оружия Пекином вызывает серьезную озабоченность в регионе и во всем мире», — говорится в заявлении Госдепартамента. Вашингтон призвал Пекин начать «содержательные дискуссии о контроле над вооружениями» и запустить регулярный механизм уведомлений о запусках межконтинентальных баллистических ракет (МБР) и космических аппаратов, как требуют обязательства в рамках формата «ядерной пятерки» (Великобритания, Китай, Россия, США, Франция). «Соединенные Штаты остаются непоколебимыми в своих обязательствах по обороне перед союзниками и партнерами», — резюмировал Государственный департамент. Россия назвала китайские ракетные испытания «суверенным правом» республики. «Китай не угрожает никакому государству в регионе, не угрожает никому в мире. Китай является нашим большим союзником и партнером», — заявил 7 июля журналистам представитель Кремля Дмитрий Песков. Что известно о ракете и связан ли ее пуск с российско-китайскими учениями По состоянию на декабрь 2025 года, в морской компонент китайской ядерной триады входили шесть ПЛАРБ (подводная лодка атомная с ракетами баллистическими) типа 094 «Цзинь», которые разрабатывались с конца 1990-х годов и ведут патрулирование в первую очередь в Южно-Китайском море. Каждая субмарина может нести до 12 баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ). В арсенале КНР их два вида: JL-2 (Julang-2, или «Большая волна»), которая может доставлять боеголовку мощностью 700 килотонн на расстояние свыше 7 тыс. км, и более новая JL-3 дальностью более 9 тыс. км, которая может нести несколько боеголовок и при запуске из китайских вод достигать северо-западную континентальную часть США. JL-3 Пекин впервые продемонстрировал на военном параде в сентябре 2025 года. По оценкам опрошенных РБК экспертов, 6 июля китайские ВМС запустили одну из этих ракет. «Исходя из имеющихся фотографий и предположительной траектории и дальности в примерно 8 тыс. км на основе НОТАМов (аббревиатура от NOtice To Air Missions — авиационные извещения пилотам, авиакомпаниям и диспетчерам об изменениях, которые влияют на безопасность полетов), была запущена БРПЛ Julang-2, — сказал РБК научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, сооснователь проекта «Ватфор» Дмитрий Стефанович. — Не самое современное изделие, заведомо уступающее передовым американским, российским и французским образцам, но с задачей доставки ядерного боезаряда до территории противника справится». Директор Центра комплексных европейских и международных исследований (ЦКЕМИ) НИУ ВШЭ Василий Кашин считает, что ВМС НОАК запустили Julang-3. «Дальность, на которую был осуществлен пуск ракеты, составляет примерно 8,6 тыс. км. Предыдущая баллистическая ракета Julang-2, по известным публикациям, имеет дальность стрельбы примерно 7,4 тыс. км, — сказал РБК эксперт. — То есть все говорит в пользу того, что Китай провел эксплуатационный пуск своей новой боевой БРПЛ, которая может при запуске из омывающих Китай вод достигнуть континентальную территорию США». Минобороны Китая заявило, что запуск произошел в рамках «ежегодной программы военных учений», не уточнив, о чем конкретно идет речь. Однако именно 6 июля в порту китайского города Циндао начались совместные учения России и Китая «Морское взаимодействие — 2026», они будут проходить в акватории Желтого моря до 13 июля. По оценкам экспертов, запуск китайской БРПЛ происходил в другом районе и не имел отношения к российско-китайским маневрам. «В российско-китайских маневрах настолько мощные стратегические системы никак не задействованы, — поясняет Кашин. — Пока что в совместных военно-морских учениях России и Китая не участвовала ни одна атомная подводная лодка (АПЛ) — стороны используют только неатомные». Старт «Морскому взаимодействию» был дан уже после испытательного пуска, обращает внимание Стефанович. «Да и в целом сценарий учения не похож на обеспечение развертывания ракетных подводных крейсеров стратегического назначения (РПКСН) и нанесения ядерного удара, — говорит эксперт. — Полагаю, такое совпадение все же дает возможность доверительно обсудить рабочие вопросы, связанные с морскими стратегическими ядерными силами». В чем специфика нынешнего пуска За всю историю КНР это третье испытание баллистической ракеты практически на полную дальность. Первое состоялось в мае 1980 года, когда Китай запустил МБР DF-5 (Dongfeng-5, или «Восточный ветер») — она пролетела чуть более 9 тыс. км и упала в водах Тихого океана. Второй пуск произошел в сентябре 2024 года — тогда Пекин не уточнял, какую ракету испытал, по оценкам аналитиков, это могли быть трехступенчатая твердотопливная ракета (либо DF-41, либо DF-31) или двухступенчатая жидкотопливная DF-5, которая существует в нескольких модификациях. В первых двух случаях речь шла о наземном компоненте китайской ядерной триады, в который входят мобильные и стационарные (шахты) пусковые установки для МБР. Теперь же КНР перешла к испытаниям морского компонента. Стефанович обращает внимание на два аспекта. Во-первых, первоначальные уведомления Пекина о закрытии воздушного и морского пространства указывали на планы запустить две БРПЛ, пока же известно только об одном. Во-вторых, исходя из заявлений Австралии, Новой Зеландии и Японии, об испытании Китай их уведомил всего за несколько часов до него — «соответственно, активизировалась дискуссия о целесообразности многосторонних режимов уведомлений о пусках ракет большой дальности». Единственная страна, с которой у Китая есть соглашение об уведомлениях о пусках баллистических ракет и космических ракет-носителей, — Россия. Документ был подписан в 2009 году и вступил в силу в 2010-м. В статье 5 этого договора сказано, что «уведомление о готовящемся пуске предоставляется не более чем за 30 дней, но не менее чем за 24 часа до даты и времени готовящегося пуска». В статье 2 прописано, что уведомления касаются только пусков Китая и России в сторону друг друга (для Китая это западное, северо-западное, северное и северо-восточное направления, для России — восточное, северо-восточное, южное и юго-восточное). В СМИ регулярно появляются сообщения, что испытания своих ракет на море проводит КНДР. Эксперты обращают внимание, что Китай совершает тестовые запуски не реже, а даже чаще, чем Северная Корея, но в отличие от КНДР, он делает это на своей территории — как пояснил Стефанович, «территория страны позволяет пуски тех же БРПЛ в западном направлении по пустынным районам». «Важно различать, о каких запусках мы говорим. Китай проводит ракетных испытаний намного больше, чем КНДР, но, поскольку это более крупная страна, он проводит эти испытания в виде ракетных запусков с баз в своей восточной части по ракетным полигонам в западной части, — уточняет Кашин. — Это не позволяет испытывать ракеты на дальность, близкую к максимальной, но позволяет проводить все испытания в рамках национальной территории, избегая каких-то ненужных политических вопросов. У Северной Кореи из-за очень скромных размеров национальной территории просто нет такой возможности — там всегда должны стрелять куда-то в море, а когда испытывают ракету на максимальную дальность, они вынуждены стрелять над территорией Японии». По его словам, испытание ракеты в Тихом океане на ее полную дальность необходимо, чтобы окончательно подтвердить характеристики оружия. «И, конечно, это имеет некую политическую составляющую. Это посылает сигналы, что китайский ракетный ядерный потенциал растет, что Китай выходит на новый уровень», — отмечает Кашин. - На самом деле мы находимся в начале очень важного процесса — а именно быстрого роста китайского атомного подводного флота». Эксперт напоминает: в 2010-х и в начале 2020-х годов Китай проводил большое расширение своего главного судостроительного завода «Бохай» в городе Хулудао (провинция Ляонин на северо-востоке республики), который производит атомные подводные лодки, а в последние годы начал их массово строить. «По мнению ряда исследователей, Китай по темпам строительства АПЛ может опередить США, начав производить по две многоцелевые и по одной ракетной в год, — говорит аналитик. — Раньше китайский атомный подводный флот был очень скромным, сейчас же КНР находится в начальной фазе рывка. И такое мероприятие, как нынешний пуск ракеты, показывает, что технологически они к этому рывку готовы». По оценке Кашина, в итоге изменится не только военный баланс, но и мировая политика в целом. «Такие перемены затруднят сдерживание Китая, требуя отвлечения в регион значительно больших американских сил и более высокого уровня координации США с союзниками», — резюмировал эксперт.