Economist описал путаницу в подходах США к торговле после «великой аферы»

Доклад Белого дома «Великая афера с перевалкой грузов», подготовленный под руководством главы управления торговой и производственной политики Питера Наварро, стал очередным свидетельством неразберихи в подходах президента Дональда Трампа к глобальной торговле, пишет The Economist. В документе Вашингтон обвинил более 40 стран, включая Канаду, Мексику и Японию, в содействии Китаю в обходе американских пошлин через перенаправление торговли в юрисдикции с более низкими тарифами. По версии администрации, Пекин «использовал» третьи страны для незначительной переработки, перемаркировки или переупаковки товаров, создавая видимость их некитайского происхождения. Ущерб от такой практики оценивается в $19–26 млрд ежегодно.

Разрыв между средними ставками тарифов на китайские товары и остальной импорт вырос с 0,9 процентного пункта в начале 2018 года до 29 пунктов в прошлом году. Доля китайского импорта в США рухнула с 21% до 9%, тогда как поставки из Вьетнама, Малайзии и Мексики резко возросли, синхронно увеличив импорт из КНР и экспорт в Америку. Наварро называет перенаправление грузов «финансовым двигателем великой аферы», однако The Economist отмечает: реорганизация цепочек поставок для снижения тарифов не является мошенничеством, в отличие от сокрытия происхождения товара простой заменой этикетки. Большинство соглашений о свободной торговле содержат правила определения страны происхождения, на согласование которых в рамках Транстихоокеанского партнерства ушло почти десять лет, напоминает эксперт Hinrich Foundation Дебора Элмс.

Оценки Наварро объема незаконных перевалочных потоков достигают $303 млрд в год, что составляет 56% всего американского импорта из Китая за 2018 год. Goldman Sachs оценивает ввоз китайских товаров по схеме «поверхностного реэкспорта» в $40 млрд за 2023 год, но эти данные не утверждают незаконности потоков. Нападки касаются товаров с китайскими компонентами, финансированием или маршрутами через КНР, однако если близость к китайским комплектующим служит доказательством соучастия, США ведут войну с самой торговлей, указывает издание. Элмс называет это «переосмыслением торговли, при котором все сводится к простой перевалке грузов».

Наварро описывает «функциональную архитектуру теневой сети», охватывающей 43 страны и обеспечивающей более 70% американского импорта, исключая китайские товары. Схема включает логистические маршруты, порты, сухопутные коридоры и системы переоформления документов — по сути, всю инфраструктуру мировой торговли, для контроля над которой потребовался бы «паноптикум». Крайней мерой могло бы стать установление порога китайских компонентов с запретом или пошлинами на превышение, что позволило бы использовать 40-процентные тарифы для давления на страны. Однако подобные меры привели бы к росту цен для американцев, заключает The Economist.

На пике торговой войны весной прошлого года пошлины США на китайские товары достигали 145%, а китайские на американские — 125%. Позже стороны договорились снизить их до 30% и 10% соответственно, но осенью Трамп пригрозил ввести дополнительные 100% на импорт из КНР. В Минторге Китая заявляли, что Пекин выступает против одностороннего повышения тарифов, так как это «нарушает международные торговые правила и внутреннее законодательство США». «Факты доказывают, что сотрудничество между Китаем и США выгодно обоим, а конфронтация вредит всем», — подчеркивали в ведомстве.