Рубио объяснил, зачем Трампу пауза в 60 дней по санкциям против России

Президент США Дональд Трамп взял 60-дневный период для оценки экономических последствий санкций и пошлин, связанных с Россией, применение которых он приостановил на этой неделе. Об этом заявил госсекретарь США Марко Рубио. По его словам, глава Белого дома намерен проанализировать, к каким последствиям для мировой экономики и экономики самих США приведет введение как санкций, так и пошлин.

Ранее Трамп заявил, что решение по санкциям против России пойдет на пользу всему миру. Он отметил, что многие пока не знают его решения, но назвал его «очень хорошим» и полезным для страны и для всего мира. 16 октября Трамп поставил на паузу применение ряда ограничительных мер из закона покойного Линдси Грэма об «адских санкциях» против России и Ирана, который был подписан в сентябре.

Этот закон предусматривает дополнительные пошлины в 500% на товары из России и 100% на товары стран, входящих в пятерку основных покупателей российских нефти и газа, а также государств, наиболее активно содействующих обходу нефтяных санкций. Как отметила представитель Белого дома Тейлор Роджерс, применение антироссийских санкций на текущем этапе затруднило бы усилия Вашингтона по достижению «прочного и всеобъемлющего мирного соглашения» между Москвой и Киевом.

По словам Роджерс, Трамп стремится завершить конфликт, а закон предоставляет президенту дополнительные полномочия для достижения мирного урегулирования, которыми он сможет воспользоваться, если сочтет это отвечающим национальным интересам США. Закон Грэма об «адских санкциях» Трамп подписал 18 сентября. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков ранее предупреждал, что дополнительные санкции США «определенно будут усложнять усилия по поискам мирного урегулирования на Украине».

Россия осуждает санкции Запада и считает их нелегитимными. Президент Владимир Путин говорил, что против России действуют более 30 тыс. санкций — почти вдвое больше, чем против всех остальных стран мира вместе взятых. В Кремле отмечали, что российская экономика адаптировалась к ограничениям и выработала к ним «определенный иммунитет».