WSJ рассказала, почему «ядерный клуб» Франции «лучше, чем ничего»

Французская инициатива по расширению ядерного сотрудничества с европейскими союзниками, которую президент Эмманюэль Макрон назвал «передовым сдерживанием», оценивается экспертами как «лучше, чем ничего», но не способна заменить американские гарантии безопасности. Об этом заявил профессор Массачусетского технологического института Випин Наранг, курировавший ядерную политику Пентагона при администрации Джо Байдена. «Французы тоже совершенно ясно об этом говорят», — подчеркнул он. Глава МИД Норвегии Эспен Барт Эйде также указал, что инициатива «ничего не заменяет», а лишь дополняет существующие американские ядерные гарантии.

Проект предусматривает размещение способных нести ядерное оружие истребителей Rafale в европейских странах, а также развитие защищенной связи, систем раннего предупреждения и обмен разведывательной информацией. По словам европейских чиновников, эти механизмы могут пригодиться и для обороны обычными вооружениями, если США не обеспечат защиту союзников по НАТО. Советник Макрона по стратегическим вопросам Ксавье Шатель отметил, что инициатива создает «дополнительную неопределенность» для России и расширяет возможности рассредоточения французских ядерных сил в случае эскалации.

К сотрудничеству «с разной степенью вовлеченности» присоединились десять стран — Великобритания, Германия, Нидерланды, Бельгия, Польша, Греция, Финляндия, Норвегия, Швеция и Дания. Страны Прибалтики в этот круг пока не входят, а Италия отказалась участвовать. Президент Финляндии Александр Стубб заявлял, что Хельсинки не планирует размещать ядерное оружие на своей территории в мирное время, но намерен создать «стратегическую дилемму для России»; развитие инициативы может занять 10–15 лет.

Париж сохраняет исключительное право принимать решения о применении своего арсенала. Французская доктрина допускает использование ядерного оружия для защиты «жизненно важных интересов», но точные географические границы намеренно не определены, а прямой гарантии защиты союзников Франция не предоставила. Вместо общего ядерного союза созданы десять отдельных координационных групп и ведутся двусторонние переговоры, из-за чего оборонным чиновникам стран-партнеров приходится созваниваться друг с другом для сравнения полученной от Франции информации. В октябре 2025 года Макрон объявил о работе над обновлением ядерной доктрины, распорядился увеличить число боеголовок и заявил, что Франция перестанет раскрывать данные о своем арсенале.

В Москве в словах французского лидера увидели «нотки ядерного шантажа» и амбиции Парижа стать «ядерным патроном» Европы. Посол России в Германии Сергей Нечаев назвал укрепление европейского «ядерного зонтика» прямой стратегической угрозой, требующей учета в российском военно-политическом планировании. Замглавы МИДа Александр Грушко предупредил, что российские военные будут учитывать планы Франции при обновлении списка целей на случай серьезного конфликта. Президент Владимир Путин призывал учитывать ядерные арсеналы Франции и Великобритании как часть совокупного ударного потенциала НАТО, отмечая, что российская ядерная триада будет оставаться на уровне необходимой достаточности, а Москва не намерена втягиваться в гонку вооружений.