Как отставка кабинета Бельгии связана с массовыми протестами в Европе

Утром 2 ноября премьер-министр Бельгии Барт Де Вевер прибыл в королевский дворец с прошением об отставке. Причиной стал провал переговоров о бюджете на 2027 год: партии правящей коалиции не смогли договориться о мерах экономии примерно на €10 млрд.

Король Филипп отставку не принял и созвал на 3 ноября консультации с лидерами правящих партий. В заявлении Королевского дворца подчеркивается, что в условиях серьезной геополитической неопределенности и значительных экономических проблем страна не может позволить себе затяжной политический кризис; монарх призвал стороны к ответственности и компромиссу. Повторно Де Вевер будет принят во дворце 6 ноября.

В Бельгии нет общенациональных партий: выборы в федеральный парламент проходят отдельно во Фландрии и Валлонии. 150 мест в Палате представителей жестко распределены — 88 за нидерландскоязычным сообществом и 62 за франкоязычным, пропорционально численности населения. На выборах в июне 2024 года победил умеренно правый «Новый фламандский альянс» (N-VA) во главе с Де Вевером с 16,7% голосов; партия тогдашнего премьера Александра Де Кроо «Открытые фламандские либералы и демократы» (Open VLD) проиграла, и он ушел в отставку.

Формирование правительства заняло более восьми месяцев — кабинет Де Вевера принес присягу только в феврале 2025 года. В коалицию помимо N-VA вошли франкоязычное «Реформаторское движение» (MR), центристская Les Engagés, фламандская социалистическая «Вперед!» (Vooruit) и фламандские христианские демократы (CD&V); вместе они располагают 82 из 150 мест.

Де Вевер заявлял о готовности уйти в отставку еще осенью прошлого года, когда коалиция зашла в тупик из-за разногласий по бюджету. Тогда дефицит шестой по величине экономики еврозоны достиг 4,5% ВВП, а долг приблизился к 104,7% ВВП — почти вдвое выше установленного фискальными правилами ЕС максимума в 60%. N-VA настаивала на сокращении расходов и повышении отдельных налогов, включая НДС; либеральная MR выступала против, а социал-демократы и центристы требовали более справедливого распределения нагрузки, в том числе за счет наиболее обеспеченных граждан.

6 ноября 2025 года премьер попросил у короля еще 50 дней на консультации, подчеркнув, что продлевать срок не намерен, и обещал подать прошение об отставке, если к Рождеству договориться не удастся. В итоге к концу месяца правительство согласовало меры экономии на €9,2 млрд к 2029 году; премьер сохранил пост, назвав сделку «вторым коалиционным соглашением». Однако договоренности не успели провести через парламент, и первые три месяца 2026 года Бельгия жила с временным бюджетом.

Этой осенью бюджетные разногласия вновь обострились на фоне ухудшения экономической ситуации: по данным Eurostat, к концу второго квартала 2026 года госдолг достиг 110,2% ВВП, а национальный банк ожидает его роста к концу года до 111,3% ВВП. 29 октября Де Вевер представил план с более жестким режимом экономии; обсуждения 1 ноября длились более четырех часов и не привели к консенсусу. Социалисты Vooruit и центристы Les Engagés выступили против сокращения расходов на здравоохранение на €2 млрд. План также предполагал повышение ставки НДС с 21% до 22% и слияние льготных ставок (6% и 12%) в единую (9%); к критике присоединилась MR. При этом Vooruit, CD&V и Les Engagés требовали повысить налоги для наиболее состоятельных граждан, тогда как MR и N-VA эту идею отвергали.

Доцент кафедры мировой экономики МГИМО МИД России Егор Сергеев отмечает, что Бельгия традиционно считается рекордсменом в Европе по длительности формирования кабинетов и краткости пребывания их у власти. По его словам, с учетом избирательной системы, большого количества партий и отдельного формирования валлонских, фламандских и брюссельских партий кризис стоит ожидать в любой момент независимо от конкретной обстановки — это скорее следствие устройства политической системы, а не реальных политических противоречий. Тем не менее эксперт считает, что у кабинета Де Вевера есть шанс устоять: премьер превратился в достаточно самостоятельную политическую фигуру, а бюджетные разногласия типичны для Бельгии, и, учитывая заявления короля, нынешний состав кабинета попытаются сохранить.

Директор центра изучения стран Бенилюкс РГГУ Мария Пушкова полагает, что правительство изначально нельзя было назвать устойчивым: формирование было долгим и мучительным, а внутренние противоречия никуда не делись. Сигналов о положительной динамике в переговорах по бюджету нет, и если правящие силы не выйдут из тупика, Де Веверу придется объявить досрочные выборы. По ее мнению, король не принял отставку, поскольку сейчас не самый благоприятный момент для досрочного голосования: на волне протестов по всей Европе ситуация может складываться непредсказуемо, и демонстрациями могут воспользоваться как крайне левые, так и крайне правые, а в расшатывании ситуации не заинтересована ни одна из правящих сил.

С начала октября многие европейские страны захлестнула волна молодежных протестов, начавшихся во Франции. Первые масштабные акции в Бельгии против роста стоимости обучения прошли 7 октября; через два дня по всей стране на демонстрации вышли около 30 тыс. человек против сокращения госрасходов, предложенного кабинетом Де Вевера. Акция в Брюсселе 24 октября завершилась столкновениями с полицией, против демонстрантов применили слезоточивый и перечный газ. 30 октября и 1 ноября крупные акции против роста стоимости жизни, организованные инициативой «Зумеры решают» (Gen Z regelt), прошли в Германии — демонстрации охватили более 30 городов, включая Берлин, Франкфурт-на-Майне, Мюнхен и Кельн.

По мнению Сергеева, кризис в Бельгии отчасти вписывается в нынешние процессы в Европе: вслед за французскими выступлениями бельгийская молодежь тоже выходила на протесты, и хотя нынешний правительственный кризис не был вызван этими демонстрациями, у них одна первопричина — невозможность сохранить и дальше развивать прежнюю социально-экономическую модель, поскольку ресурсов нет, а структура общества уже другая. Пушкова добавляет, что экономическая ситуация не улучшается, а дополнительный отпечаток накладывает энергетический кризис: цены на газ поднялись до уровня начала 2022 года, нефть также дорожает. Протестные настроения давят со всех сторон: молодежь недовольна перспективами будущего, ситуацией с образованием и рынком труда, фермеры — строгими требованиями ЕС, отражающимися на конкурентоспособности. Положение Де Вевера эксперт называет очень сложным.

Трудности с согласованием бюджета на следующий год испытывает и ЕС. На саммите в середине октября европейские лидеры не смогли достичь согласия по бюджетному плану на 2028–2034 годы. Еврокомиссия предложила проект бюджета в размере €1,76 трлн (почти на 40% выше действующего) и впервые ввела в него статьи о военных инвестициях. Ведущие экономические страны, включая Швецию, Нидерланды и Германию, несущие основное бремя финансирования расходов блока, выступили с критикой: шведский министр по делам ЕС Джессика Розенкранц назвала новый бюджет чрезмерно дорогим, пояснив, что его исполнение потребует увели