Ответы Мединского по итогам переговоров в Абу-Даби. Полный текст

В Абу-Даби завершились трехсторонние переговоры между Россией, Украиной и США по урегулированию конфликта. Глава российской делегации, помощник президента Владимир Мединский по итогам двухдневных обсуждений ответил на вопросы СМИ и поблагодарил руководство ОАЭ за организацию встречи и деловую атмосферу.

Центральной темой стала будущая архитектура безопасности в Европе. Мединский заявил, что постановка вопроса о том, что произойдет после завершения конфликта на Украине, — правильная. Россия поднимала тему создания новой всеобъемлющей и справедливой системы безопасности не раз: в 2008 году с соответствующим проектом и в 2021 году, когда направила документы в НАТО, США и европейские страны. По его словам, конфликт на Украине показал, что действовавшая после Ялты и Потсдама система безопасности в Европе работает очень плохо, болен весь организм, а на Украине прорвался гнойник, поэтому лечить надо целиком, пластырем не обойтись.

По этой теме стороны с участием американской делегации обменялись позициями, где-то нашли взаимопонимание, где-то нет, разговор будет продолжен. Мединский подчеркнул, что миру нужна новая, современная, обновленная система безопасности, справедливая и не в ущерб отдельным странам. С представителями Евросоюза и европейских стран российская делегация не общалась, поскольку их статус в Абу-Даби неясен, а переговоры носят утвержденный трехсторонний характер. Он обвинил ряд европейских стран в групповом обмане украинского народа, финансировании и снабжении вооружением одной из воюющих сторон, что способствует гибели мирного населения, и заявил, что конкретных мирных инициатив от Европы не поступало.

Гуманитарная тема поднималась: члены делегации занимались ею целевым образом, достигнута принципиальная договоренность о новом масштабном обмене пленными, конкретные параметры будут оглашены в ближайшее время. Роль Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера Мединский оценил положительно, назвав посланников президента Трампа искренними, эффективными и нацеленными на результат, но подчеркнул, что важна не оценка, а сколько жизней будет спасено в результате их посреднической миссии. На вопрос об условиях допуска европейцев за стол переговоров он ответил, что это возможно, как только у них проснется совесть, а конкретные детали переговорного процесса до достижения окончательной договоренности не обсуждаются.