Почему в Европе на фоне переговоров проходят масштабные военные учения

На этой неделе в Польше стартовали военные учения Koalicja 26.2, организованные странами, входящими в поддерживающую Украину «коалицию желающих». Они проводятся впервые, но по своему масштабу станут одними из крупнейших. Одновременно в Литве, недалеко от границы с Белоруссией, начались маневры Freedom Shield 26-II, в которых задействованы тысячи человек и которые также проводятся впервые.

По данным НАТО, в 2024 году альянс провел 119 собственных военных учений, в 2025 году — более 120. Количество национальных учений членов НАТО составило 752 в 2024 году и около 700 в 2025-м. Итоговые данные о количестве учений в 2026 году на данный момент не опубликованы.

Насколько необычна такая военная активность в регионе и как она может сказаться на ходе украинского урегулирования — разбирался РБК.

Какие военные учения проходят в Европе

В целом сейчас в Европе одновременно проходит около десятка военных учений различных масштабов и форматов — уже упомянутые в Польше и Литве, а также в Арктике и Средиземноморье, в Нидерландах и Великобритании. К наиболее крупным и значительным из них можно отнести три, которые направлены на укрепление обороноспособности на востоке и на севере НАТО, а также на отработку действий после завершения украинского конфликта.

Учения Koalicja 26.2 проходят на польском полигоне Новая Демба (юго-восток страны, примерно в 100 км от границы с Украиной) с 9 по 22 ноября. Это первые военные учения «Многонациональных сил для Украины» (Multinational Force — Ukraine — MNF-U), сформированных «коалицией желающих» из 35 стран, поддерживающих Украину.

О создании MNF-U «коалиция» объявила в январе 2026 года в Парижской декларации. Поставленная перед ними задача — помочь Украине восстановить ее вооруженные силы и обеспечить гарантии ее безопасности. Для этого, с точки зрения «коалиции», при официальном запросе Киева может потребоваться введение сил MNF-U на территорию республики. По заявлению польского Минобороны, цель нынешних учений Koalicja 26.2 — продемонстрировать, что европейские страны способны сформировать контингенты для поддержки Украины после прекращения огня или заключения мира.

В маневрах участвуют около 2 тыс. польских военнослужащих и порядка 2,8 тыс. военных из десяти других стран (Бельгия, Британия, Германия, Испания, Литва, Нидерланды, Турция, Франция, Швеция, Эстония). Они отрабатывают не столько ведение боевые действия, сколько процедуру развертывания многонациональных войск — прибытие подразделений и техники морем, по воздуху и суше; прием, размещение, снабжение; переброска войск железнодорожным или автотранспортом; объединение подразделений разных армий под единым командованием; обеспечение их связи, координации и совместимости.

Россия считает неприемлемым размещение на Украине иностранных военных контингентов независимо от того, под чьей эгидой они будут действовать, говорили ранее в МИДе. Официальный представитель ведомства Мария Захарова подчеркнула, что «их размещение будет де-факто означать военную интервенцию и осознанное проецирование дополнительных угроз безопасности России». «По сути, это еще один шаг в сторону все большей вовлеченности европейских государств — членов НАТО в конфликт и его обострения», — сказала она, добавив, что ответственность за эскалацию ляжет на тех, кто устраивает военные авантюры против России, а российские военные будут рассматривать любые войсковые подразделения на Украине как законные цели «со всеми вытекающими рисками и последствиями».

Практически аналогичный масштаб у учений Freedom Shield 26-II и Grand Eagle 26 («Щит свободы — 2026, этап II» и «Большой орел — 2026»). Они проходят одновременно в Литве с 6 ноября по 3 декабря под командованием Германии. Наряду с немецкими военными в них участвуют военнослужащие из Бельгии, Литвы, Люксембурга, Нидерландов, Норвегии, Чехии, Хорватии; всего — более 6 тыс. человек.

Маневры Freedom Shield 26-II проходят на военном полигоне Руднинкай в 35 км от границы с Белоруссией. В них задействованы около 3,8 тыс. человек. Задача — отработка действий тяжелой бронетанковой бригады в условиях вооруженного конфликта; отдельный важный эпизод — форсирование реки Неман, которое должно показать, насколько войска могут преодолеть реку и переправить на другой берег бронетехнику.

Учения Grand Eagle 26 проходят на полигоне имени генерала Сильвестраса Жукаускаса в районе города Пабраде в 15 км от Белоруссии. В них задействованы тоже порядка 3 тыс. человек, задача — проверить готовность механизированной бригады, базирующейся в Германии, к быстрой переброске в Литву и оперативному там развертыванию в рамках сил оперативного реагирования НАТО.

Масштабные морские учения проходят в рамках британской операции Firecrest («Огненный гребень»). Ее цель — укрепить стратегическую оборону на севере Европы. На протяжении операции, которая началась весной, британская авианосная ударная группа во главе с HMS Prince of Wales действует в Северной Атлантике, Норвежском море и Арктике, взаимодействуя с силами США, Канады и европейских союзников. Программа предусматривает противолодочные учения, воздушное патрулирование, отработку применения палубной авиации и совместные операции под командованием НАТО. В рамках операции Firecrest в октябре—ноябре прошли маневры Neptune Strike 26-4 («Удар Нептуна»), в которых участвовали 17 стран НАТО, более 20 военных кораблей, около 40 самолетов, три многонациональные морские группы.

При этом Firecrest — часть более широкой постоянной миссии НАТО «Арктический часовой» (Arctic Sentry), которая была запущена в феврале 2026 года. Организация подчеркивает, что семь из восьми арктических стран — союзники по НАТО и что Арктика и Крайней Север приобретают все большее значение для ее коллективной безопасности на фоне создания Россией в 2014 году Арктического командования (Объединенное стратегическое командование «Север»), открытия новых и бывших советских объектов в регионе и испытания новый систем вооружения. В альянсе отмечают и растущий интерес к региону Пекина, который стремится получить там доступ к энергоресурсам, критически важным полезным ископаемым и морским путям. «Кроме того, расширение российско-китайского сотрудничества имеет стратегические и оперативные последствия для сдерживания и оборонной мощи НАТО в регионе», — подчеркивают в НАТО.

Как маневры связаны с украинским урегулированием и отношениями Европы с США

Учения Koalicja 26.2 начались как раз тогда, когда Россия, Украина и США после восьми месяцев перерыва возобновили трехсторонние переговоры по урегулированию. Киев и Вашингтон выступают за то, чтобы подключить к этим контактам Европу; чтобы выяснить, возможно ли это, американские эмиссары Стив Уиткофф и Джаред Кушнер 12 ноября встретились в Москве с президентом России Владимиром Путиным. В ходе переговоров в Кремле он напомнил: с самого начала конфликта Россия утверждала, что присутствие на Украине «любых иностранных войск» для нее «абсолютно неприемлемо», поскольку она расценивает это как угрозу своей безопасности. «Европейцы знают об этом. Что мы слышим от них? Что после заключения мира они сразу же введут войска на территорию Украины. Что это означает? Мы уже об этом говорили: для нас это законная цель, то есть война тут же возобновится», — сказал Путин.

Ранее, комментируя учения в Польше, МИД России обвинил западные страны в том, что они «по-прежнему не желают учитывать законные озабоченности России в сфере безопасности и продолжают раскручивать спираль эскалации». «Символично также и то, что данные учения стартуют накануне возобновления в Абу-Даби консультаций по урегулированию конфликта в формате Россия — США — Украина. Это в очередной раз подтверждает, что европейцам за столом переговоров делать нечего», — заявила 7 ноября представитель российского внешнеполитического ведомства Мария Захарова.

Заведующий сектором военно-политического анализа и исследовательских проектов ИМЭМО РАН Сергей Ознобищев считает, что европейское руководство попало в колею собственного курса на военное строительство. «Отказ от прежней линии означал бы для действующих политиков признание ошибочности принятых решений», — сказал РБК эксперт. Вместе с тем Ознобищев не исключает изменения политической ситуации в Европе по мере продвижения переговоров. «Если начнется устойчивый процесс урегулирования и появятся предпосылки для разрядки, позиции сторонников сокращения военной напряженности могут укрепиться», — сказал он.

Военную активность в Европе он также связывает с трансформацией отношений союзников с США. Еще со времен своего первого срока президент США Дональд Трамп требует от партнеров по НАТО увеличить их военные расходы и в целом выступает за то, чтобы европейские страны сами обеспечивали свою безопасность. Кроме того, Вашингтон заявлял о намерении вывести из Европы часть своих военных контингентов — так, в мае 2026 года Пентагон объявил о планах вывести из Германии 5 тыс. военнослужащих, а чуть позже отменил отправку примерно 4 тыс. американских военных в Польшу. Вместе с тем речи о полномасштабном уходе США из Европы не идет — по данным Reuters, в сентябре 2026 года в европейских странах находилось более 81 тыс. американских военнослужащих, а рассматривавшееся Пентагоном сокращение контингента на 25 тыс. человек утверждено не было.

«Дискуссии вокруг возможного ухода США дают провоенно настроенным силам в Европе дополнительные аргументы в пользу активизации военной деятельности», — говорит Ознобищев. При этом он предлагает учитывать, что нынешняя политика Вашингтона может оказаться временным отклонением от традиционной линии США в отношении НАТО. По его мнению, будущие американские администрации могут вновь сделать ставку на более активное лидерство в альянсе и усиление военного присутствия в Европе. «Будущие американские лидеры, вполне возможно, с высокой долей вероятности, снова вернутся в традиционную колею западной политики, когда Америка станет во главе Североатлантического альянса, и все вернется на круги своя», — заключил эксперт.